Видео реклама

 

История одной марки

Леви страус. Человек и джинсы

Леви страус. Человек и джинсы

150 лет назад никакого Леви Страуса не было. А был Лейба Штраус, сын портного из Баварии, двадцати лет от роду. В 1849 году он плыл на переполненном жаждущими приключений пассажирами корабле из Нью-Йорка в Сан-Франциско. Туда после смерти отца его пригласили родственники. Попутчики, понятное дело, стремились в Калифорнию за золотом, месторождение которого было открыто там год назад. А Лейба бежал от пугающей нью-йоркской действительности к старшим братьям-галантерейщикам. Тут-то все и началось...

ВНАЧАЛЕ БЫЛИ ПАЛАТКИ

Неуклюжий и некрасивый Лейба — Леви, как стали называть его еще на корабле, — свалился на голову старшим братьям совершенно некстати. В их семейной лавчонке Леви то и дело ошибался со сдачей и вызывал насмешки покупателей. Братья решили избавиться от обузы, но сделать это таким образом, чтобы получить хоть какую-то выгоду. Они «сплавили» Леви на золотой прииск с одним из своих предприимчивых приятелей.
Лопоухий нескладеныш сбежал оттуда при первой возможности, но его надежды на милость братьев рухнули вместе с выпавшим из окна прямо к ногам рулоном брезента. «Забирай наследство отца и убирайся прочь!» — услышал Леви. Что было делать? Осмотрев «наследство», он надумал заняться производством брезентовых палаток...

ДОЛЛАР И ДВАДЦАТЬ ЦЕНТОВ ЗА ПАРУ

На самой окраине невероятно быстро разросшегося Сан-Франциско какой-то замученный трудами старатель сказал ему: «Твои палатки здесь никому не нужны. Хорошие штаны — вот что теперь надо всем». Откуда-то вдруг у Леви появилась уверенность, что штаны — прочные, каким износа не будет, — у него получатся. Кройке и шитью Леви учился в детстве у своего мастеровитого отца, обшивавшего в свое время целую баварскую деревню. «Доллар и двадцать центов», — еще увереннее изрек парень, когда старатель запросил цену. «А если порвутся?». «В таком случае, — ответил портняжка совсем уж лихо, — я верну деньги». Штаны удались, старатель остался доволен. Даже больше: спустя какое-то время он пришел к Леви снова — чтобы дать еще один доллар за то, что никак не нарадуется таким замечательным штанам. Когда у Леви появился следующий заказчик, он решил накинуть за свою работу еще пять центов. Старатели платили не торгуясь. И совсем скоро слухи об удивительных штанах, которые шьет лопоухий Леви Страус, распространились за пределы Сан-Франциско.

ЕДИНОЛИЧНОЕ ПРАВО

«Штаны золотоискателя» постоянно совершенствовались. Леви ездил по лагерям старателей, рекламируя свой товар и выслушивая предложения. Увеличить карманы, — просили одни. Сделать петельки для ремня, — предлагали другие. Пристрочить карманы сзади, — требовали третьи. Но главное оставалось неизменным: прочность штанам придавал двойной шов. Позже на карманах появились еще и металлические заклепки. Их придумал не Леви. Так укреплял карманы своих штанов Джейкоб Девис из Невады. Однако Девис переживал материальные трудности, а в придачу к ним имел жену, которая категорически отказывалась давать деньги на какой-то патент. Чем не преминул воспользоваться Леви Страус. Так он получил «право на пошив рабочих штанов с двойным швом и заклепками на карманах». Единоличное право. Это произошло 20 мая 1873 ГОДА. Штаны шились уже не из брезента, а из денима — ткани, поставляемой из Нима, что во Франции. Теперь они стоили 22 доллара за пару, имели синий цвет, а с 1886 ГОДА — и кожаный лейбл с изображением лошадей, тянущих штаны каждая в свою сторону. Почему-то лошадей, а не паровозов. Ведь, как рассказал однажды журналистам один находчивый машинист, он связывал штанами от Страуса вагоны! И успешно!

НЕ МУЖЧИНА, НО МАЛЬЧИК

Теперь Леви был очень завидным женихом. Дамочек нисколько не смущали ни его вечно короткие брюки, ни совершенно нелепого покроя пиджак, ни смешная походка вприпрыжку. Но в свои тридцать он оставался девственником. Долгих десять лет он хранил в памяти образ дочери хозяина трактира, в котором произошла его первая сделка. Ей тогда было не больше тринадцати. Но за это время Фьорелла — так ее звали — стала взрослой, и Леви, увидев ее снова, был потрясен. Он с ужасом стал замечать, что девушки старше тринадцати ассоциируются у него с чем-то нечистым. И он продолжал жить одними лишь воспоминаниями о прежней Фьорелле, пока однажды не попал на открытие городского приюта. Там Леви увидел новую Фьореллу-тринадцатилетнюю Камиллу. Нежный ребенок невольно дал понять одинокому портняжке, что он никогда не переставал быть маленьким беззащитным мальчиком, а взрослого и состоятельного мужчину все эти годы только играл. Леви забрал воспитанницу к себе — без ее общества ему было плохо. Он не мог не видеть в Камилле женщину, но именно эту мысль ему не хотелось пускать к себе в голову. Он понимал: спустя несколько лет с нею станет то же, что стало с Фьореллой, — она перестанет быть чистым созданием. Девочка тем временем мечтала о монастыре. И Леви принял решение позже отдать ее туда с легкой совестью. Но пока Леви разбирался в своих чувствах и намерениях, Камиллу похитили. А вскоре стало известно, что девочку продали в мексиканский детский бордель

СФЕРА ЕГО ИНТЕРЕСОВ

Когда после этой трагедии Леви Страус заболел и слег, братья (теперь-то они всегда были рядом) заставили его написать завещание. Так состояние Страуса перешло к четверым его племянникам. Через несколько месяцев он «выкарабкался». Но стал абсолютно несносным, ворчливым и подозрительным. Впрочем, он всегда был не слишком приветливым, не в меру скучным и очень замкнутым. Одержимый работой портняжка, не имеющий вкуса, не умеющий одеваться и не знающий о жизни почти ничего. «Это не входит в сферу моих интересов», — ворчал он, вместо того чтобы поддерживать разговоры о погоде. Сферой его интересов были исключительно кройка и шитье. Взрослый, навсегда оставшийся в детстве, некрасивый ни в юности, ни в слишком быстро наступившей зрелости, он ни о каких иных сферах даже не помышлял. Так и не став счастливым человеком, Леви Страус умер в сентябре 1902-го.

ВСЮДУ, ГДЕ ПРИНЯТО НОСИТЬ БРЮКИ

Во время второй мировой войны Levi's попали в Европу-в качестве спецзаказа, поступившего от американской армии. Говорят, что в то время их могли приобрести только те, кто принимал участие в военных действиях. То, что наследники Леви Страуса таким образом прикоснулись к политике, способствовало их стремлению покорить весь мир. Эта цель давно достигнута: джинсы Levi's известны на нашей планете всюду, где принято носить брюки. Компания за 150 лет пережила и падения, и взлеты — в общем, все, что является совершенно нормальным для компании с таким стажем. В чем именно секрет ее успеха? В постоянстве и верности традициям, не слишком многочисленным, придуманным еще Леви? В умелом маркетинге, позиционирующем джинсы как универсальную одежду? В демократичности и особой эстетике, заставляющей вглядываться в двойные строчки швов и трудягу, и модника? Пожалуй, верно и первое, и второе, и третье. Впрочем, не исключено, что портняжка Леви ответил бы на этот вопрос по-своему...

 

 
Rambler's Top100Размещение рекламы на сайтеПроизводство сайта - Студия Компас
Использование материалов с сайта возможно только при условии размещения активной ссылки на сайт.