Видео реклама

 

Падзея

Покаяние князя Глеба

Покаяние князя Глеба

890 лет назад в Киев в цепях был доставлен плененный князь Глеб Минский, смелый воин, бунтарь, личность неординарная и противоречивая. Образ его до сих пор волнует историков, заставляя спустя столетия размышлять о праведности и злодействах, патриотизме и беспринципности, нетерпимости к политическим противникам и супружеской верности...
В отличие от киевских государей, традицией которых со времен Святослава Игоревича было дробление владений на уделы для повзрослевших сыновей, Полоцкое княжество еще и при Всеславе Чародее оставалось единым и неделимым. В семье этого правителя было шесть наследников: Борис-Рогволод, Давыд, Глеб, Георгий-Святослав, Ростислав и Роман, но все они по воле своего отца продолжали жить при нем в Полоцке даже тогда, когда становились совершеннолетними и женились.
Всеслав очень ревностно относился к выбору спутниц жизни для своих сыновей, отдавая предпочтение девушкам добрым, кротким и преданным. И более всех гордился брачным союзом, заключенным его третьим сыном Глебом с туровской княжной Анастасией. Отзывчивая и милая, эта невестка была как ясный свет Божьей свечи, зажженной чьей-то заботливой рукой, чтобы привлекать к себе взоры уставших, заблудившихся во мраке подозрительности и недоверия путников. Побывавший вместе с отцом и братом Борисом в страшной, похожей на могилу, земляной тюрьме-порубе, в самом юном возрасте уже переживший глубокое разочарование в людях, после того как отец его был предан родственниками, нарушившими святую клятву на кресте, всю молодость свою сторонившийся шумной и суетливой жизни сверстников, Глеб, по мнению Всеслава, как никто иной заслуживал такой жены.
Двенадцатилетнюю Анастасию отдавали замуж ее мать Кунигунда и бабка Гертруда, две женщины-чужеземки, которые волей судьбы стали Туровскими княгинями. Происходило это через год после смерти мятежного отца Анастасии Ярополка, который выказал неподчинение Киеву и за это погиб от руки наемного убийцы. Брачный союз Глеба и Анастасии должен был связать два княжеских рода, которые имели единый корень, но тем не менее никак не могли прийти к миру и согласию.
Но в 1088 году в Турове обосновался родной брат погибшего Ярополка – Святополк. В свое время они с Всеславом Полоцким нанесли друг другу множество обид, да и сейчас Святополк испытывал к Чародею неприязнь. Многоопытной Гертруде не удалось склонить своего сына к союзу с Полоцком. А на бедную вдову Ярополка вообще обрушилась ярость деверя из-за того, что Анастасию отдали замуж в Полоцк. В конце концов, гордая Кунигунда посчитала за лучшее вернуться на родину, в Германию, чем выносить постоянные упреки и издевательства. Она покинула Туров не одна, а с младшей сестрой Анастасии, которую позднее выдала замуж в Германии.
Потерявшая отца, простившаяся навсегда с матерью, юная Анастасия могла искать утешения и ласки только у своего мужа. Глеб был на пятнадцать лет старше жены. Она чувствовала с его стороны заступническую силу, восхищалась целомудрием его отношений к браку и семье. И платила за все это монетой равного достоинства: дарила мужу свою молодость, нежность и понимание. Впрочем, находиться рядом с Глебом было очень и очень нелегко. Он был суров, подозрителен, неспокоен, пристрастен. И все это не давало ему возможности вести праведную жизнь честного воина и христианского правителя.
В 1101 году, похоронив отца, сыновья Всеслава, все уже зрелые мужчины, поделили между собой города княжества. Старшему Борису достался Полоцк, Давыду – Минск. Какой город первоначально получил Глеб, мы не знаем. Но уже в 1104 году он стал минским князем вместо Давыда, у которого отобрал престол якобы за то, что Давыд начал заигрывать с Киевом. Так началась летопись неблаговидных деяний Глеба.
В первый же год правления этого князя на Минск напало объединенное войско южнорусских князей, ведомое Святополком Изяславичем. Святополк до этого времени покинул уже Туров, где и сидел-то лишь пять лет. Он стал великим князем Киевским. К Святополку присоединился и обиженный на Глеба Давыд. Глебу удалось отбить нападение, стены Минска выдержали натиск противника.
В 1106 году Глеб предпринял поход на балтское племя земгалов, а со временем от нападений Глеба стали страдать даже ближайшие родственники, князья полоцкой династии. Глеб захватил Друцк, Оршу и Копысь, важные торговые центры, где можно было брать пошлины с купцов. Разорил соседние земли, чтобы не составляли конкуренции его княжеству. Нападал этот князь также на Мозырь, Петриков, Туров, Давыд-Городок. Выводил оттуда жителей и продавал в Друе немецким купцам.
Свои грехи Глеб пытался замолить. Он отправил в Киево-Печерский монастырь 600 гривен серебра и 50 гривен золота. Но киевский митрополит все равно отлучил «нечестивого» князя от церкви.
В 1116 году Глеб сжег Слуцк, а жителей взял в плен. Успехи так вскружили голову минскому князю, что он стал перехватывать между Припятью и Двиной торговцев, которые шли в Киев, и даже позарился на смоленские земли.
На увещевания Владимира Мономаха, ставшего после смерти Святополка великим князем Киевским, Глеб отвечал насмешливо и довольно грубо. Мономах в союзе с князьями смоленским, черниговским и переяславским повел войска на Глеба, по пути отвоевав у минского правителя захваченные им Оршу, Копыль, Друцк. Двухмесячная защита осажденного Минска произвела огромное впечатление на нападавших. Агрессивный князь поразил противников своей отвагой. А воины его, преданные господину, совершали поистине чудеса храбрости. Интересно, что в обороне города принимала участие и Анастасия.
Этот эпизод окончился заключением мира. Мономах согласился простить Глеба, если тот покается в своих прегрешениях. Глеб, не желая далее губить своих людей, преклонил колени перед Мономахом.
Но, видимо, Глеб не усвоил урок. В 1117 году вспыхнул новый военный конфликт с Мономахом из-за нападений Глеба на смоленские и новгородские земли. Глеб Минский потерпел поражение, был захвачен в плен и в цепях отправлен в Киев. Анастасия, которая в душе своей вряд ли одобряла поступки мужа, добровольно разделила с ним его судьбу. Супруги могли ожидать самого худшего: смерти, ослепления, заточения в порубе, мучений. Мономах оказался милостивым. Он решил, что уже довольно немолодой минский князь, побежденный и пристыженный, не может более представлять ни для кого опасности. С Глеба сняли цепи и позволили свободно передвигаться в пределах города.
Имевший многое и утративший все, Глеб Минский потянулся сердцем своим к Богу. День и ночь проводил он в кельях печерских монахов, ища ответы на мучившие его вопросы бытия. Неволя тяготила, а Бог звал к себе. Искренне раскаявшись в своих недобрых деяниях, заслужив прощение, получив утешение, князь Глеб Минский умер в 1119 году. В плену он провел только два года. Анастасии исполнилось в то время сорок четыре года. Она была еще довольно хороша собой и богата, ибо победители не отобрали ее имений. Но суета мирской жизни уже мало чем прельщала княгиню. Она передала все, что имела, Киево-Печерскому монастырю и до самой смерти жила одиноко при этой святой обители. Смерть соединила ее с мужем только через сорок лет. Их останки и сейчас покоятся в лавре среди останков многих русских святых и праведников. Это вознаграждение супружеской чете. Ему – за смирение и покаяние перед кончиной, ей – за верность и преданность.

 
Ирина МАСЛЕНИЦЫНА, Николай БОГОДЗЯЖ

 
Rambler's Top100Размещение рекламы на сайтеПроизводство сайта - Студия Компас
Использование материалов с сайта возможно только при условии размещения активной ссылки на сайт.