Видео реклама

 

Мужской взгляд

Максим Петруль: «Я смотрю на жизнь, сидя на качелях»

Максим Петруль: «Я смотрю на жизнь, сидя на качелях»

«В десять утра в мансарде правой башни городских ворот. Там у меня мастерская…» Назначая место для интервью, скульптор Максим Петруль предупредил: разговаривать будем на гендерные темы. «О социальном поведении мужчин и женщин, – подумала я. – А мастерская нужна как место демонстрации достижений в этой области». И не ошиблась. Правда, с работами мастера предпочла познакомиться раньше – посредством Интернета.

– Одно время я работал на тему гениталий. Это меня не то чтобы привлекало тогда, это меня вдохновляло. Это дало мне вторую жизнь. Импульс.

– Можете объяснить почему? Кого-то вдохновляет природа…

– Дерево? Ну… знаете, меня как-то не очень вдохновляет дерево. Или корова, например. Мне как-то женщины ближе.

– Кстати, о коровах. У вас есть работа под названием «Америка». Я понимаю, почему бомба, понимаю, почему американский флаг, но к чему коровье вымя? Тут-то какая ассоциация с Америкой?

– Ковбои, фермерство. Ведь, по сути, американцы – крестьяне. Люди, которые бежали из Европы, чтобы выжить, сбивались в кучи, на основе церкви организовывали какие-то тусовки и занимались сельским хозяйством. Вот что такое Америка.

– Мне нравится. А можете ли вы объяснить работу под названием «Человек»? Ее я, извините, тоже не поняла.

– Хорошо, что вы так спрашиваете. Потому что в книге отзывов в художественном музее было написано: «Петруль, у того, кто сделал такого человека, какие-то, видимо, проблемы». Или в Бобруйске в какой-то газете под фотографией работы: «По мнению этого художника, это – человек». Между тем это была первая работа, которую забрал Райнольд Вюрт – топовый коллекционер произведений искусства в мире. В основе идеи этой работы лежит легенда. Японская. Только вы не обижайтесь. «Некто молвил: я знаю две формы – форму ума и форму женщины. Ум имеет четыре угла и в случае опасности не будет двигаться дальше. Женщина же кругла, не знает различия между добром и злом и может закатиться куда угодно».

– А здесь обидеться невозможно. Мне здесь видится противопоставление интеллекта инстинкту. Современный человек думает, что интеллект – это выше и лучше, а инстинкт – это нечто низкое, даже низменное. На самом деле инстинкт – это основание всего человеческого, и интеллекта тоже.

– Да, согласен. И выбор между интеллектом и инстинктом невозможен, и вопрос первичности-вторичности здесь не важен. К примеру, возник у меня импульс убить кого-нибудь, чтобы съесть: мало ли где в генах моих записано, что я людоед, как мой прапрадед. Это нормальное желание. Странное, но нормальное. И я убиваю и ем, рассказываю себе истории про генетические коды. Собственным интеллектом себе поясняю, что, в общем-то, это нормально. Так часто бывает: люди поступают инстинктивно, а оправдания ищут в интеллекте. И придумывают такие небылицы! Я бы сказал так: любой нормальный человек понимает, что такое противостояние – всегда некий компромисс.

– То есть инстинкт и интеллект должны быть в некоем балансе. А это, если вернуться к вашей работе «Человек», означает что мужчина и женщина – равновесная система.

– Совершенно верно. Но… сейчас все как-то по-другому функционирует. Мы видим, что формируются некие совершенно новые отношения. Я уже верю в то, что традиционная семья постепенно умирает. Потому что сегодня так много информации и настолько развиты коммуникации, что познакомиться с другим человеком нет вообще никаких проблем. Тебя в чем-то не устраивает Вася – ты уходишь к Коле, не устраивает Алина – идешь к Полине. И люди ведь очень склонны копировать друг друга. Я не к тому, чтобы занять такую же позицию, совершенно бездумную. Я к тому, чтобы осознанно принимать наметившуюся тенденцию – бракоразводную. Такие, знаете, всякие «хорошие» слова вспоминаются, советские: сожительство, мать-одиночка, развод. И это реальность. Я могу произвести с кем-то детей, но не факт, что я буду жить с этими детьми, не факт, что я их буду воспитывать. Такое легкое женское поведение… Ну, и мужское, собственно говоря… Мы так далеко ушли уже от традиционной семьи, от понятия «брак» в его истинном значении.

Мне как молодому человеку, который сталкивается с такой проблемой, надо вырабатывать какое-то к ней отношение. Если я вступаю в контакт с одной женщиной, третьей, пятой, десятой, то это не потому, что я такой плохой, распущенный. Это потому, что мир такой. Я не оправдываю себя, ни в коем случае. Но я живу в обществе и сталкиваюсь с людьми, которые меняют мои представления о гендерных отношениях, хотя эти отношения были оформлены моей мамой. И я иногда нарушаю те правила, которые привила мне она. Правила на самом деле божественные. Не воруй, не захоти жены ближнего, не убей, относись к другим так, как хочешь, чтобы относились к тебе. Это нормальное, здоровое воспитание. Если я ухожу от этого куда-то в сторону, наступает разрушение моей личности. Но очень сложно не уходить в сторону. Потому что мир уже совсем другой. Я ведь не сам с собой общаюсь. Я общаюсь с другими людьми, у которых тоже свои правила, и их правила могут не соответствовать моим. И я попадаю в ситуации, где иногда отхожу от правил, которыми меня снабдила мама.

– Значит, вы принимаете их не до конца?

– Нет, я каждый раз кусаю себе локти, когда их нарушаю. Я понимаю, что эта новая программа человечества губительна для него, но... Понимаете, беспокоиться по этому поводу означает целиком отдаваться инстинкту, а говорить себе «все нормально» – это интеллект, который успокаивает инстинкт. Я бы просто попытался приспособиться под наметившиеся тенденции. Для того чтобы не было болезненных разочарований. По большому счету, я не оправдываюсь, я просто хочу принимать жизнь такой, какая она есть. Мы сели в лодку и плывем. По реке. Плывем так, как нам предназначено водой, от одного берега к другому. Мы можем барахтаться и устраивать истерики, но это ничего не изменит. Я могу, конечно, выйти на площадь с плакатом «Долой разводы!», но это будет скорее артистическая акция, по истечении которой меня могут определить в психиатрическую больницу. Никто к этому серьезно не отнесется. Культура сегодняшняя сама формирует в людях такие тенденции половых отношений. Массовая культура. И я своим примером ничего не изменю. Оградиться от этого целиком – один путь, смириться – другой. Я когда-то читал, что человек, который не может приспособиться под внешний мир, всегда будет испытывать разочарование от того, что ему будет хотеться приспособить этот мир под себя. Ну не могут люди приспосабливаться под меня. Тогда зачем мучиться, отравлять себе жизнь? Но я так чувствую, что первобытные коды никто не отменял на самом деле. И всякие истины типа христианства…

– Мне кажется, проблема в понимании. Вернее, в подаче информации. Нам предложены были однажды некие истины, а инструкции о том, как именно их понимать, у нас нет. И спросить пока не у кого. Поэтому каждый трактует так, как сам понимает. Расшифровку мы можем получить, но… позже.

– Мы ее можем получить и раньше. Непосредственным погружением в себя. Есть такая версия, что все ответы находятся в тебе. Достаточно лишь однажды глубоко себя почувствовать. Есть довольно простой дешифровщик, он связан с… честностью по отношению к себе. Но эта внутренняя честность вступает в конфликт с внешней реальностью, понимаете? И образует какую-то фундаментальную незавершенность личности. Кого-то это в меньшей степени касается, кого-то – в большей, но в любом случае люди испытывают страдание. Вот я, например, нахожусь в здоровой системе собственных ценностей и живу, радуясь каждой минуте. Потом происходит нечто, может быть, это новая ступенька в моей жизни, может быть, это шаг куда-то в сторону, и это заставляет меня о многом задуматься. Хорошо, я задумываюсь об этом. Но где-то внутри себя на какое-то время я самого себя теряю. Для того чтобы открыть что-то новое. А надо ли – большой вопрос. Это потеря времени, здоровья и сил, эмоциональных, психических и физических. Я вступаю в контакт с другими людьми, у которых иные программы. И если у меня не будет выработан механизм принятия этого мира не только в добрых его проявлениях, но и в его ублюдочности, мне ничего не останется, как только страдать. Из-за чего наступает разочарование? Когда что-то не соответствует чему-то, желаемое – действительному. Понимая, что люди меняются, что ситуация вокруг меняется, что все непредсказуемо, ты априори не можешь испытывать разочарование. Ты просто идешь в этом потоке. Я верю в поток. Его течение выведет меня туда, куда мне нужно.

Я нормальный парень, не урод, получаю хорошие гонорары, мне 33 года. Почему у меня нет семьи и детей? Просто людям, с которыми сталкиваюсь, я даю возможность максимально проявляться. И пока я не встретил ни одного человека, который соответствовал бы моим внутренним запросам хотя бы минимально. Когда люди мало знакомы друг с другом, они пребывают в определенном химическом состоянии, и тогда все у них складывается нормально. А потом, по прошествии времени и химических реакций, мы предстаем друг перед другом в своих привычках и желаниях. Так вот я хочу вам сказать, что лучше не вступить в брак и не завести детей, на мой взгляд, чем вступить, родить детей, развестись… Возможно, у меня другое предназначение. Поэтому в том потоке, в котором я нахожусь, я вижу свою роль художника. И от этого у меня происходят всякие события. Порой фантастические. Я оказываюсь участником прекраснейших международных конкурсов, мои работы оказываются рядом с работами таких ребят, как Пабло Пикассо, Амадео Модильяни, Генри Мур. Это говорит о том, что в творчестве есть свобода. А от гендерных отношений в нынешней их сути отдает гнилостностью.

– Полчаса назад вы говорили, что все надо принимать как есть.

– Именно! Принятие же не в каком-то надломе себя во имя каких-то смутных идеалов. Ведь многие талантливые люди разочаровывались как раз таки в семейных ценностях. Генри Миллер, например, который бросил свою жену с дочкой, мотивировав это тем, что если завтра он… А он работал… в банке? Слушайте, я не помню, кто из них в банке работал, кто был клерком, кто маклером, – это неважно. Суть в том, что точно так же сделал и Поль Гоген, мотивируя все тем, что если завтра он загнется, то его жена найдет себе кого-то другого. И еще. Прожив 33 года, я понял, что люди не принадлежат друг другу. Нет этой сказочной идиллии обладания друг другом. Люди не скульптуры. Да и то, мне мои скульптуры не принадлежат. Мои скульптуры – это достояние человечества. Громко, да? Так получилось.

– Про что вы можете сказать, что оно уж точно принадлежит вам?

– (Хохочет.) Знаете, ничего. Вот ничего. Я сам себе не принадлежу.

– А человек, которому не принадлежит ничего, самый бедный или самый богатый?

– Потому что если не принадлежит ничего, не значит ли это, что принадлежит все? Возможно. Ни мне, ни вам не принадлежит дождь, который идет сейчас за окном. Знаете, чем перманентнее ощущение, тем здоровее сознание. Иногда мне хочется, чтобы что-то мне принадлежало. И чем больше мне этого хочется, тем болезненнее я становлюсь. Как только мои желания чем-то обладать минимизируются, я чувствую себя здоровее. Я не знаю, бедный я при этом или богатый. Просто здоровый. Воспринимаю жизнь на полную, осознавая, что ничего мне не принадлежит. Даже мое тело мне не принадлежит, с ним может случиться все что угодно в любой момент. И если глубоко осознать, что все в мире не твое и ты сам не свой, можно получить внутреннее успокоение и радость. Это жизнь по кайфу. Ты вливаешься в цельный поток, который называется жизнь, и с тобой происходят всякие метаморфозы: ты попадаешь туда, куда никогда и не мечтал попасть, не потому что ты этого хочешь или не хочешь, – тебя просто несет этим потоком куда-то как свободного человека. Вот такая сейчас моя жизнь. Ведь я простой парень с Грушевской. Это такой райончик в Минске. А меня приглашали и на приемы к нашему президенту, и еще на всякие разные довольно интересные мероприятия. Просто происходит то, что должно происходить. И на этом не заканчивается. И это действительно интересно.

– Вы сейчас доказали и мне, и самому себе, что первичен инстинкт, основание, божественное начало. Вы отдаете себя ему – и течение несет вас в лучшую сторону.

– Почти все мои скульптуры поделены надвое. Это инстинкт и интеллект, душа и разум – смотря в каких категориях мы находимся.

– Значит, вы все же за равновесие.

– Равновесие в том, на мой взгляд, что что-то над чем-то доминирует. В каждый момент времени по-разному – то одно, то другое.

– Качели?

– Совершенно верно. Как вести себя на качелях? Можно пытаться их остановить. Можно раскачаться повыше и свалиться, а можно просто сидеть и балдеть. Вот их настоящее предназначение. Я смотрю на мир с этих качелей. Акунинский Фандорин считал, что если у человека все в жизни развивалось правильно, то к 50 годам он приобретает, а не теряет. Я к 33 годам задал себе такой вопрос. Главное, чтобы человек, неважно, 33 ему или 50, понимал, приобрел он или утратил. Ведь это тоже условности. Тут опять мы вступаем в фазу амбивалентности. Приобретаешь – теряешь, теряешь – приобретаешь. Когда что-то заканчивается, начинается что-то новое. Можно возмущаться: блин, закончилось. Но тот же интеллект подсказывает: успокойся. Закончилось? Начнется что-то новое. Моя первая любовь любила повторять первое послание Петра из пятой главы седьмого стиха: «Все заботы возложите на Него. Ибо Он печется о вас». Вот такая история…

Справка «ЖЖ»

Максим Петруль – белорусский скульптор и дизайнер. Родился в 1977 году в Минске. В 1997 году окончил Минское государственное художественное училище им. А. К. Глебова. Член Белорусского союза дизайнеров с 2004 года, член Белорусского союза художников с 2005-го. Автор скульптурных проектов «Фонтан Победы» в парке Победы в Минске и «Папараць-кветка» в парке 900-летия Минска, скульптуры «Птицы» в Экологическом парке скульптуры Шисихе, Шуаньян, Чаньчунь (Китай), скульптурных проектов «Тай Цзы» в Да Гуан парке в Куньмине (Китай) и Elephantus в Парке международной скульптуры в Фучжоу (Китай). Соавтор мемориальных знаков жертвам холокоста в Минске, а также в Могилевской и Гомельской областях. Принимал участие в создании скульптур на площади у Комаровского рынка в Минске. Обладатель гранд-премии и званиялауреатаСпециального фонда президента Республики Беларусь молодым деятелям культуры и искусства за выдающиеся творческие достижения. Среди других наград – медаль и сертификат Комиссии по культуре Международного олимпийского комитета (XXIX Олимпийские игры, Пекин, Китай), медаль и диплом первой ступени Белорусского союза архитекторов (Международный конкурс молодых архитекторов «Леонардо-2005»), почетный сертификат культурного департамента провинции Юньнань (Международный симпозиум городской скульптуры, Куньмин, Китай), специальный приз жюри (Международный фестиваль ледовой скульптуры «Северная фантазия», Мурманск, Россия). Работы скульптора находятся в Национальном художественном музее Республики Беларусь, в коллекции Райнольда Вюрта Кунцельзау в Германии, Музее олимпийского искусства в Пекине, а также в музеях, галереях, частных коллекциях и общественных пространствах Беларуси, России, Литвы, Нидерландов, Германии, Китая и США.

Теги: люди  
 
Беседовала Светлана Денисова

 
Rambler's Top100Размещение рекламы на сайтеПроизводство сайта - Студия Компас
Использование материалов с сайта возможно только при условии размещения активной ссылки на сайт.